Есть такое выражение, что жизнь, мол, рано или поздно расставляет все по местам. С этим трудно поспорить, однако сами места порой оказываются довольно неожиданными и не всегда приятными для тех, кто их занял.

Так, пропагандистское агентство Bloomberg сколько угодно могло рассказывать о практической нормализации поставок нефти через Ормузский пролив. Но дизельный кризис, для ослабления которого в западных странах приходится использовать стратегические резервы, и новое повышение биржевых котировок на нефть до более $100 за баррель показывают, что не все так просто. Российская нефть Urals, кстати, подскочила почти до $130 за баррель, правда, в эту цену входит безбожно подскочившая стоимость доставки.

Мировой рынок стали продолжает находиться под влиянием двух факторов противоположной направленности. С одной стороны, видимый спрос повсеместно слишком слабый. Повышения, заявляемые металлургическими компаниями из различных стран, не удаются. После завершения праздничного периода в Китае и там начали таять надежды на рост. В первые дни после паузы котировки на прокат на Шанхайской фьючерсной бирже понизились.

Однако, с другой стороны, поставщики стальной продукции продолжают попытки подъема. В частности, на прошлой неделе с соответствующим заявлением выступила вьетнамская компания Formosa Ha Tinh. Потому как спрос спросом, а растущие затраты надо чем-то компенсировать. Вообще, в мировой экономике усиливаются инфляционные процессы, которые поднимают цены на все.

На нашем отечественном рынке четвертый квартал окончательно закрыл летний рост. Видимый спрос в ближайшие месяцы, как ожидается, уменьшится. Дистрибьюторские компании дружно распродают запасы, которые теперь стали избыточными. Да, норма поддерживается в пределах 1,2-1,5 месячного объема продаж, но сами месячные ориентиры стали низкими.

Эта коррекция привела к тому, что предложение как на первичном рынке, так и на споте стало избыточным. Причем запасов на складах еще достаточно много, а металлурги пока не все готовы сокращать производство до зимнего уровня. Так что, понижение цен на стальную продукцию еще будет продолжаться. Производителей, хотя бы некоторых, будет выручать экспорт, а вот на споте рассчитывать особо не на что.

Уровень потребления стали задает, в первую очередь, состояние экономики. Но тут надеяться на улучшение в обозримом будущем не приходится. Несколько месяцев тому назад еще можно было верить в постепенное ослабление денежно-кредитной политики и снижение инфляции, но теперь все эти ожидания, и так довольно зыбкие, развеялись как мираж.

Повышение тарифов с 1 октября дало рост недельной инфляции до 0,96%, а годовой эквивалент превысил 7%. Самое печальное, что решения этой проблемы в существующей экономической модели нет. Жизнь и тут расставила все по местам, однако место оказалось в глухом тупике.

Держать высокую ставку и, тем более, поднимать ее еще выше бесполезно. Данные действия приводят к сужению спроса, но в условиях постоянного увеличения издержек это бесполезно. Цены на некоторых рынках могут понизиться, когда предложение станет избыточным, как это сейчас происходит со стальной продукцией. Но как только наступает относительное равновесие, повышение возобновляется. Минимизация складских запасов сделала российский рынок проката очень волатильным. Если ничего не изменится, в следующем году мы опять сможем увидеть внезапные скачки цен.

Однако и сбавлять ставку в нынешних условиях бессмысленно. Как уже многократно заявлял Центральный банк, для российской экономики “нормальным”, равновесным состоянием является практически нулевой рост, а все, что выше, будет перегревом. Мол, не хватает людей, при создании новых мощностей там некому будет работать, а производительность труда прибавляет в час по чайной ложке.

Вообще-то, здесь в первую очередь возникает вопрос о дефинициях. Так, например, что в Центральном банке считают инвестициями, которые, по данным статистики, ничуть не снизились в текущем году? Кто те заемщики, которые не снижают объемы привлечения кредитов в масштабах всей страны. И наконец, как у нас считают производительность труда?

В рамках конференции “Сервисные металлоцентры России, что состоялась на прошлой неделе в Казани, были совершены поездки на предприятие компании “Казанские стальные профили” (КСП) и филиал Сталепромышленной компании. И следуют отметить, что обе они показывают отменную производительность труда.

Высокая степень автоматизации, применение передовых информационных технологий, которые уже становятся нормой для российских металлоцентрах, позволяют иметь не более чем по одному оператору на каждую производственную линию. В одном из цехов “Казанских стальных профилей” шесть линий обслуживают всего два оператора, и этого оказывается вполне достаточно.

Более того, несколько докладов на конференции были посвящены внедрению искусственного интеллекта и цифровизации в российскую металлообработку. Как, в частности, отметил представитель компании “Абсолют-ЗМК”, многие решения сейчас реально работают и могут применяться сравнительно небольшими компаниями. Дело здесь уже заключается, в первую очередь, в организации, а не в технике.

Однако возникает вопрос: учитывает ли отечественная статистика этот реальный рост производительности труда? Есть подозрение, что не совсем, так как мощности передовых российских сервисных металлоцентров сплошь и рядом оказываются недозагруженными из-за нехватки заказов. Как можно добиваться роста производительности труда, если по не зависящим от компании причинам у нее оказывается низким общий результат?

Тут уже по-другому начинаешь воспринимать политику китайского правительства, которое ставит во главу угла обеспечение достаточной загрузки мощностей своих промышленных компаний. Кстати, еще в конце июля 2026 г. власти КНР в ответ на обвинения в искусственной поддержке избыточных мощностей и незаконном субсидировании экспорта задали вопрос: а по каким критериям мощности признаются избыточными? Как оказалось, в каждой стране придерживаются собственных критериев, но отвечают одинаково: “Только не наши!”.

Так вот, в китайском правительстве считают, что избыточными становятся мощности устаревшие, с высокой себестоимостью, не поддерживающие передовые технологии. Возможно, этот поход объясняет, почему в Китае так быстро происходит обновление предприятий, а сами они находятся на переднем крае прогресса.

Кстати, политика китайских властей в этом плане абсолютно не рыночная. Критерий прибыльности там важен, но все-таки стоит не на первом месте. Главное в китайской экономике - это рост. Причем задача приведения инфляции практически к нулю там решается походя, посредством поощрения жесткой конкуренции на всех уровнях.

Конечно, мы на китайском месте вряд ли когда-нибудь окажемся. И у него, кстати, есть свои серьезные недостатки. Но иногда прямо завидно...